nbalanchak

Category:

Евразийская ООН...


новый континентальный порядок

Николай Коньков

Первый месяц нынешней осени был отмечен рядом международных мероприятий, среди которых особо выделялись саммиты ОДКБ и ШОС 16—17 сентября в Душанбе, а также «неделя высокого уровня» Генассамблеи ООН 21—25 сентября в Нью-Йорке. Ожидалось, что на них прояснятся хотя бы первые контуры нового, многополярного мира. Насколько оправдались эти ожидания?

Вывод американских войск из Афганистана подтвердил то, о чём все давно знали: США больше не в состоянии — даже при полной поддержке всех своих союзников («короля играет свита») — полностью соответствовать статусу «глобального лидера». Хуже того (хуже — для самих Соединённых Штатов и коллективного Запада в целом), оказалось, что у Америки нет и желания соответствовать этому статусу — не только по сути, но и по форме своих действий. «Кабульский скайдайвинг» вошёл в мировую историю как событие, «квантово связанное» с обрушением небоскрёбов Всемирного торгового центра в Нью-Йорке 11 сентября 2001 года. Тогда был принесён в жертву символ американского могущества, теперь, через неполных двадцать лет, посыпалось, вместе с афганскими «хиви»* расшибаясь о бетон взлётных полос аэродрома Кабула, и само это могущество. Это неизбежно повлекло за собой перебалансировку и трансформацию всей системы международных отношений. Как известно, свято место не бывает пусто, и если кто-то теряет, то кто-то находит. Желающие заполнить возникший геополитический вакуум — не только в Афганистане или в регионе Центральной Азии, а во всём мире — нашлись сразу.

Не секрет, что нынешний реванш талибов** за поражение 2001 года одновременно стал и победой Китая. Накануне 20-й годовщины «событий 9/11» президент США Джо Байден позвонил в Пекин председателю КНР Си Цзиньпину — по сути, с предложением если не мира, то перемирия. Которое китайским лидером не было ни принято, ни отвергнуто. Но после этого разговора, выдержав паузу примерно в сутки, «товарищ Си» внезапно заявил о том, что на саммите ШОС лично присутствовать не будет — без объяснения причин. Его примеру последовал и премьер-министр Индии Нарендра Моди. Последним из «большой тройки ШОС» отменил свой визит в столицу Таджикистана и президент России — вследствие ухода на режим самоизоляции от коронавирусной инфекции. Следует сказать, что «хозяин Кремля» сделал всё, чтобы изменение формата его участия в саммитах ОДКБ и ШОС не привело к их срыву. Так, за 14–15 сентября Путин (в порядке хронологии) провёл телефонные переговоры с лидерами Таджикистана, Узбекистана, Белоруссии, Ирана, Пакистана и Казахстана. В итоге никто из них свой прилёт не отменил, включая премьер-министра Пакистана Имран Хана и нового президента Ирана Сейеда Эбрахима Раиси, так что международной сенсации в Душанбе не случилось. Кроме того, Путин до ухода на режим самоизоляции успел провести личную встречу с президентом Сирии Башаром Асадом, зачем-то срочно прилетевшим в Москву.

Версий различной степени достоверности по этой достаточно странной ситуации за прошедшее время высказывалось уже предостаточно, но, кажется, ни одна из них не связывала её со звонком Джо Байдена Си Цзиньпину. Но исключать возможность того, что в ходе данного разговора могло прозвучать нечто, заставившее лидеров сразу трёх держав изменить свои планы, разумеется, нельзя. Более того, такая возможность объяснила бы и все вышеперечисленные, и многие последующие события. Например, состоявшийся буквально накануне мероприятий в Душанбе тройственный видеосаммит президента США с премьер-министром Великобритании Борисом Джонсоном и премьер-министром Австралии Скоттом Моррисоном, где было заявлено о создании нового военно-политического блока этих стран, получившего название AUKUS. Форма, в которой прозвучало данное заявление, была демонстративно оскорбительной для Франции, сразу лишённой крупного контракта на строительство атомных подводных лодок для Австралии, да и для других европейских союзников США по НАТО, которые узнали о создании AUKUS чуть ли не из ленты новостей.

Мало того, что «размен» даже одной Франции на Австралию выглядит вопиюще неравноценным с военно-политической точки зрения — он ещё и противоречит заявленному Байденом курсу на «восстановление союзов» для «исправления ошибок», якобы сделанных Трампом на международной арене. Зато всё это полностью соответствует заявленным Великобританией претензиям на восстановление своей глобальной роли в мире. Ни для кого не секрет, что своим приходом к власти Байден во многом обязан Лондону (вспомним хотя бы британское участие в создании «русского досье» против Трампа). И по этим обязательствам приходится платить. Порой даже создаётся впечатление, что если Трамп победил в 2016 году под лозунгом «Make America Great Again!» («Сделаем Америку снова великой!»), то в 2020-м руками Байдена в этом лозунге была сделана небольшая «глубинная» поправка: «Make America Great Britain Again!» («Сделаем Америку снова Великобританией!»). Отсюда — и вице-президент Камала Харрис, и подписание 46-м президентом США с тем же Борисом Джонсоном Новой Атлантической хартии, и вот теперь — создание AUKUS: как заявлено, блока, открытого для присоединения новых союзников. Это — вместо вроде бы согласованного и даже заявленного расширения зоны ответственности НАТО за пределы Северной Атлантики?!

В итоге возникает абрис двух геополитических дуумвиратов: США — Великобритания и Китай — Россия, каждый со своей зоной влияния. И, разумеется, с внешними и внутренними границами этих зон, по которым неизбежно будет существовать конфликтный потенциал. В данной связи стоит отметить, что на саммите ШОС в Душанбе планировалось заявить о вступлении в данную организацию Исламской Республики Иран. В присутствии лидеров России, Китая и Индии такое заявление выглядело бы оформлением единой «Большой Евразии» как глобального противовеса «коллективному Западу». Но этого не случилось — утверждение заявки Тегерана фактически президентом Таджикистана Эмомали Рахмоном было подано как формальная процедура, не влекущая за собой серьёзных политических последствий.

Не выработал саммит ШОС и какого-то единого отношения к новому правительству Афганистана, ограничившись, по сути, общими словами о том, что страны-участницы этой международной организации выступают за становление Афганистана в качестве независимого, нейтрального, единого, демократического и мирного государства, свободного от терроризма, войны и наркотиков, считают исключительно важным создание в Афганистане инклюзивного правительства с участием представителей всех этнических, религиозных и политических групп этой страны, а также настаивают на скорейшем возвращении всех афганских беженцев на Родину. Причина тому проста: в Дели победу талибов рассматривают как победу Исламабада и Пекина, противоречащую национальным интересам Индии. Показательно, что в рамках ОДКБ совместное решение было принято, и оно оказалось достаточно жёстким: целый комплекс дополнительных мер по обеспечению безопасности как в военной сфере, так и в сфере противодействия терроризму. Означает ли это, что ШОС теряет своё значение как ведущий формат международного сотрудничества трёх крупнейших незападных стран современности? Пожалуй, на этот вопрос (в ещё большей мере касающийся перспектив формата БРИКС) уже сегодня можно дать утвердительный ответ — блок России, Китая и Индии, предложенный ещё Евгением Примаковым после натовских бомбардировок Югославии в 1999 году, имел смысл только в условиях противостояния глобальной диктатуре «коллективного Запада» в лице США и их союзников. Сегодня, когда и США, и «коллективный Запад» в целом переживают период ослабления и раскола, а внешнее давление, которое заставляло Москву, Пекин и Дели держаться вместе, слабеет, они неизбежно какое-то время в большей степени будут дистанцироваться друг от друга, чем это было ранее.

Впрочем, первичен в этом случае всё-таки крах однополярного мира Pax Americana, что и подтвердилось на Генассамблее ООН. Несомненно, её смысловым центром стало первое выступление на этой трибуне 46-го президента США, провозгласившего отказ Соединённых Штатов от эпохи «непрерывных войн» и переход к эпохе «непрерывной дипломатии», смену роли «глобального лидера» на роль «глобального друга», открытого для всех, кто намерен совместно решать фундаментальные проблемы современного человечества: например, такие, как изменения климата или COVID-19. Всё-таки «сонный Джо» — американский политик старой школы, и считать его полной марионеткой Лондона нет оснований: да, он безотказно платит по своим обязательствам, по которым не может не платить («точные своевременные расчёты делают нас друзьями»), но ни центом больше. Это проявилось в его переговорах с президентом России в Женеве и с бундесканцлерин ФРГ в Вашингтоне. Это проявилось в односторонней смене графика вывода американских войск из Афганистана. Наконец, это проявилось на Генассамблее ООН — и в указанной речи, и во встрече с лидерами стран-участниц Четырёхстороннего диалога по безопасности (QUAD): премьер-министрами Скоттом Моррисоном (Австралия), Нарендрой Моди (Индия) и Ёсихидэ Сугой (Япония). Заметим, что в последнем формате Великобритания отсутствует, зато лидерство США не подвергается сомнению, хотя и Австралия, и Индия входят в Содружество наций под эгидой монарха Соединённого Королевства.

QUAD в настоящее время рассматривается как прообраз возможного «азиатского НАТО», направленного на «сдерживание» Китая (а вместе с ним и России, к которой, не будем забывать, Япония предъявляет территориальные претензии) в Индо-Тихоокеанском регионе. Особенно — в случае интеграции с AUKUS. Весьма показательно, что Нарендра Моди, в отличие от Владимира Путина и Си Цзиньпина, в Нью-Йорк прибыл, в том числе — для встречи с Байденом в рамках QUAD. Австралийский премьер Моррисон, чья страна участвует и в QUAD, и в AUKUS, по этому поводу специально подчеркнул, что данные форматы полностью дополняют друг друга. Разумеется, в Москве и Пекине не изъявили восторга относительно их создания, а тем более — присоединения к ним Дели. Секретарь Совета безопасности РФ Николай Патрушев отметил, что тем самым «под удар ставится вся архитектура безопасности в Азии, создаются предпосылки для подрыва авторитета АСЕАН и других региональных объединений».

Со стороны России своего рода точка была поставлена министром иностранных дел Сергеем Лавровым в его выступлении на Генассамблее ООН 25 сентября, где глава российского внешнеполитического ведомства подчеркнул, что региональный аспект развития мира в настоящее время становится всё более определяющим, и многое зависит от того, насколько удастся нарастающее соперничество между регионами перевести в конструктивное русло. В переводе с дипломатического языка на русский это означает как раз признание краха политического «однополярного мира», экономического глобального «рынка» и финансовой «империи доллара» — краха, который создаёт условия для быстрых и масштабных изменений на международной арене, а потому требует особой ответственности со стороны существующих «центров силы», прежде всего — тех, кто пытается мыслить и действовать в рамках логики собственной исключительности и максимальной конфронтации, стремясь, вслед за гётевским Фаустом, «остановить мгновенье» в либерально-глобалистском «конце истории» — даже при помощи нечистой силы. Но это уже невозможно. Двери открываются, держитесь за поручни, следующая остановка…

* Хиви (нем. Hilfswilliger, желающий помочь) — иностранцы, сотрудничавшие с немецким вермахтом в годы Второй мировой войны на оккупированных Третьим рейхом территориях

** Талибы, «Движение Талибан» — организация признана террористической по решению Верховного суда РФ от 14.02.2003

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic